Форумы

Вспоминая карабах

Вт апр 05 2016, 12:14
источник: http://artofwar.ru/s/shatxko_s_w/text_0950.shtml

Сергей Ч. ДОН-100

По поводу того случая 16 декабря 1991 года рассказываю... Я служил в роте спецназа ДОН 100 46 полка. В то время мы были в НКАО, полк стоял на ж/д вокзале, в нескольких км от г.Степанакерт. Леонов и его группа просто приехали к нам в гости, когда нас обстреляли с гор. Я спал, т.к. был дежурным по роте. Проснувшись, оделся, взял в оружейке РД и АК и побежал через ж/д пути к стрельбе, там шел бой. В ходе обстрела было ранено вроде два бойца. Огонь боевики вели по палаткам. Когда я прибежал к своим, мне сказали, что Леонова ранили и его понес наш прапорщик в расположение. Оказывается, Леонов, стрелял с гранатомета по укрывшимся боевикам, а со стороны его тяжело ранили, вроде 2 пули в печень 1 в легкие, или наоборот. Минут через 15-20, вбегая на горку, наткнулся на бородатых, и меня они подстрелили. Чудом меня спас Кузнецов Сергей, молодой пацан, перетянул руку. Пуля попала в левую руку, перебила плечевую артерию, много потерял крови. Когда меня принесли в расположение, погрузили в зил, там лежал Леонов он смотрел на меня, я на него.
Я понимал, что ему было очень больно. Мы долго смотрели друг на друга и молчали. После на доставили в г.Степанакерт в больницу, там оперировали Леонова и меня московские хирурги. Хотели поставить нам охрану, но медперсонал уговорил не ставить, т.к. здесь лежали и раненые боевики. Ночью я проснулся от включенного света, открыл глаза, смотрю, а передо мной стоит бородатый целится стволом прямо перед носом, весь обвешанный, как Рэмбо. Спрашивал откуда я попал? С сказал, что из под Агдама. После этой канители утром я узнал, что Леонов умер, что эти мрази перекрывали кислород в операционной, приносили своих побитых в операционную.
Леонову надо было ехать домой. У него родилась дочь, а повезли.... Он был хорошим офицером, всегда здоровался за руку, спрашивал: "Как дела?", что иные офицеры этого категорически не допускали. Жалко конечно его, я хотел бы переписаться с его родными, но не нашел их. Хороший он был человек, хотя и служил в другом полку.

Андрей Я. в/ч 5460

Наша часть, а точнее батальон, жил в старой заброшенной школе в с.Айгестан, Гадрутского района, это совсем недалеко от Гадрута, может 3-5 км. В Гадруте еще стояла часть пограничников, мы к ним ездили в баню. Время пребывания конец февраля - начало июля 1991 года. А ещё нашу роту обстреляли с вертолетов, свои же, перепутали с азербайджанцами. Прапорщик нашей мед части Старожицкий ехал на уазике с армянскими номерами, по нашим заставам и попал на азербайджанскую засаду, если не ошибаюсь пуля попала в голову.

Игорь Б. в/ч 3642

Брат вот что увидел с твоего письма - сразу и не сообразил ты пишешь за группу капитана Осетрова, события 13-14 января 1990 у п. Азад., так вот - нашу бригаду 13 января по полной боевой подняли в Калаче, на борты и в аэропорт Вазиани выбросили, там в ангарах заночевали и с утра на вертушках в Чайкенд, это 2 км от Азада, мы 14 были в Чайкенде, и с 15 числа стали службу нести и там, и в Азаде, так вот на момент нашего приезда там был Минский оперативный полк 3214, может Осетров оттуда? Нас когда в Чайкенд выбросили, то сказали что под обстрел идём, прыгали с 5-7 метров без посадки

Роман К. в/ч 5459

Наша смена с 1 бата улетела 16 или 17 июня 1991 года, мы стояли в Ходжалах с 25 марта, на смену нам приехал сводный отряд из 2 бата нашего полка, их определили в Шушу, командовал ими Хомич, Калманович и Царев остались в Ходжалах, имущество сдавать десантуре. вечером за ними заехал Хомич, он сам был за рулем, они поехали в Шушу и на серпантине попали в засаду. Хомича убило сразу, Колмановичу несколько пуль попали в ногу, Царев сидел на заднем сиденье УАЗика, в него не попали, он вылез начал отстреливаться, потом вызвал помощь, по-моему так было.

Вадим К. в/ч 5459

19 июня 1991 года - на 106 километре автодороги Евлах-Лачин взорван автомобиль марки "УАЗ-469",один легко контужен, один тяжело ранен, один погиб. Подрыва не было! Подбили выстрелом из РПГ- 7, затем в течении 5 мин добивали из автоматического оружия


Дмитрий Ж. в/ч 39828

В городе (Степанакерте) света не было, а отсюда и голодуха пошла. Хлебозавод встал сразу. У них же все на электричестве. Газа нет. А армяне сами виноваты. Взорвали опору электрическую на краю Агдама. Возле кладбища. А это была главная артерия. Айзера ясное дело восстанавливать не стали.
У нас машину расстреляли. Армянам воду по городу возили на водовозке. Вот где то возле родника их и накрыли. Живы, правда и солдат и летеха. Солдату больше досталось, его потом комиссовали, а летеха отошел
Они (азербайджанцы) часто очень бомбили. С ноября по март почти каждую неделю. С Шуши и с деревни, не помню, как называется. Возле ЖД вокзала была недалеко. Прям по части, по-моему, три или четыре снаряда легли.
Нас утром отделали. Мы как раз на построении были. Только с плаца ушли и началось, я в боксе был с машиной ковырялся. Там меня и накрыло. Выбежать успел и тут второй раз. Я по сути был в самой гуще попаданий. Вот после того на больничку и загремел с контузией.
Меня после госпиталя в отпуск отправили долечиваться. И дембель мне подписали уже в нашем городском военкомате. Так как части нашей уже не существовало на то время. Ехать было некуда. Дали запрос на Баку на штаб округа. Оттуда пришел ответ, и поставили штамп в военнике. В общем, до дембеля настоящего, а вернее до приказа я дней сорок не дотянул.
Вт апр 05 2016, 12:16
источник:http://artofwar.ru/s/shatxko_s_w/text_0970.shtml

Андрей Э. в/ч 3217

Даты не помню, но мы в январе точно после НГ, прилетели в Гянджу. Были там с месяц, наверно, потом маршем на БРТ-ах и ЗИЛ-ах наверно до Агдама, не вспомню, но жили точно в школе есть пару фоток, месяц наверно потом так же маршем пошли в Баку. Передвигались ротами, если память не изменяет первая рота была в Баку еще с ноября 1989 года. Я был со второй ротой. Про потери не скажу, не офицерского я состава, и машины переворачивались и другое, да времени все таки уже прошло не мало. Во второй роте первом и втором взводах за период июнь - октябрь 1991 года (200-х, не было), раненые были, но не тяжелые. Да вроде горячее время было в Зангеланском районе. Но это уже лето осень 1990.
Я в сентябре 90-го, был в Зангелане, в поселке Нювади со второй ротой, это на границе с Ираном и Арменией. К зиме в Киев вернулся, и до весны 91, не выезжал больше до увольнения. Осенью 1991 часть расформировали (личному составу, предложили принять гражданство Украины, или домой в Россию). Может, вспомню что либо. А честно хотелось все забыть. )))

Игорь Ш. в/ч 5437

День добрый! В нашем батальоне не было потерь, знаю, что летом, июле был обстрел д. Ходжалы ночью из "Алазани", сам видел с крыши высотки Степанакерта. Там стоял Кишинёвский батальон, там были потери. Это было в 1991-м. В этом же году, летом была обстреляна колона ВВ МВД в районе Тер-Терка, там вроде тоже были потери.
Да-да, мы в это время сидели в КШМке, в центральной комендатуре и слышали, как шёл бой. Там подорвали головной БТР и расстреляли колонну, оружие у них было упаковано в ящики. Я ток понять не могу, почему нас туда не послали на помощь, мы были резервом коменданта?
У меня фото есть: с. Инги, где на фоне БТРа стоим, так нас туда заслали после ночного обстрела из этого села айзербонов, чьё село было ниже под горой, насколько я помню, там тоже пострадали военные, точно кто и откуда не знаю...

Дмитрий Ж. в/ч 39828

Меня вообще из Германии перевели в конце 90-го года. Тогда много очень, оттуда, моего призыва вывозили кого куда. Нас с полка человек наверно 200-250 тогда в самолет запихнули и в Баку приземлили. А там уж кто куда попал. Мы втроем попали в Степанакерт. Но там уже человек пять было тоже из Германии. До нас привезли. Тоже нашего призыва. Но в основном в батальоне были узбеки и таджики. Русских мало. Но вот если честно дружили все очень. Не знаю, может война эта повлияла, может народ такой подобрался. Были, конечно, и стычки, но мелкие. В основном ... ну морде могли врезать.
Было... много бежали. Не знаю, куда и доходили ли. Говорят, проводники по 500 рублей тогда брали. Но врать не стану это так говорили. А побег был, я считаю довольно большого характера. У нас ...ну человек 10 наверно свалили. Один, точно знаю, пропал Лобунцов Эдик. Его со мной вместе из Германии приперли. В одном полку были. Только роты разные. Да нас и в Германию то тоже вместе привезли. Через полгода примерно после дембеля моего, его родители письмо присылали. Спрашивали что да как. Как нашли вот меня сам не пойму. Он из Полтавской области был. Город Лубны. Отец его тоже военный был. Может, как то по своим каналам пробил.

Роман Д. в/ч 3217

Добрый вечер зачем вам эта информация? Стояли в Агдаме выезжали везде. Интересно, а у Вас нет информации об обмене заложников в Умудлу под Атэрком, там были журналисты сиэнэн, у них была видео камера интересно посмотреть

Алексей К. в/ч 02501 г.Артик

По тому дню (8 марта 1992г.) - нападение было где-то около 16.00, на Камазе пробили ворота на КПП, сначала в клуб зашли боевики, потом к караулке. Там и началась первая стрельба. Виталия убили около холостяцкого общежития на территории бригады. Те, кто рядом был, говорили, что пуля попала прямо в лоб, и он ещё просил, чтобы спасли.
Путаница в номерах в/ч потому что у каждого дивизиона был свой номер в/ч. 02502 это второй дивизион Котов из него, и я там служил. Мищенко был в третьем дивизионе командиром взвода связи, номер к сожалению уже не помню. А у бригады в целом номер был в/ч 01876 поэтому правильнее говорить что нападение было на в/ч 01876. Я отвозил родителям домой Котова. Вывозили всех с бригады на вертолёте где то 13 марта. Четверо сопровождающих, Мищенко с Котовым и сверху носилки с Тулаевым (ранение). Сначала до Вазиани, потом до Чкаловского на самолёте. Вместе приехали в Домодедово, а потом расстались. Мы полетели в Иркутск, а Мищенко повезли в Хабаровск.

Миндаугас Ш. в/ч 3645

Добрый день. Нет, нечего о погибших солдатах я больше не слышал, из нашей части это точно погиб только Юрченко. Мне кажется, там недалеко были и солдаты из Ереванского оперативного полка. Может, быть там что-то было? У меня остались фотографии и газетная вырезка о том бое, название газеты не помню.
Вт апр 05 2016, 12:17
источник:http://artofwar.ru/s/shatxko_s_w/text_0970.shtml

МОНОЛОГ СЕРЖАНТА, ИЛИ РАЗМЫШЛЕНИЯ УВОЛЕННОГО В ЗАПАС ВОИНА О СЛУЖБЕ В ЗАКАВКАЗЬЕ


В тот день нам было при казано проверить од­но место в горах. Недалеко от азербайджанского села Нювади, наверное, последне­го на армянской территории. Из остальных жители, гони­мые страхом кровавой рас­правы, давно ушли -- в го­рах стали появляться во­оруженные люди. Возника­ли они по ночам неизвестно откуда, освещали распрос­тертое внизу, как на ладони, село прожекторами и обстре­ливали. Часто -- из автома­тов, а бывало и из градобойного орудия. Как прави­ло, стреляли на рассвете и быстро исчезали, прежде чем мы успевали туда добраться. Причем уходя, они и ору­дий на месте не оставляли. Значит, где-то прятали?
Осмотрели как-то подходы к той горе и поняли -- до­рога там проложена совсем недавно. Из Мегри. И, по- видимому, не с целью соци­ального благоустройства горных сел: дорога ведет в тупик, обрывается па вер­шине. Боевики явно обору­довали ее с одной лишь це­лью -- чтобы подъезжать ночью незамеченными, ус­танавливать орудие в удоб­ном месте, обстреливать се­ло, а затем быстро и бес­препятственно скрываться.
Решено было устроить за­саду и понаблюдать за действиями появляющихся на горе людей. Выходить при­казали с рассветом.
Стали мы подниматься па гору -- я и лейтенант Мазитов--по одной тропе, а еще четверо, в том числе и пулеметчик Женя Юрченко, -- по другой. Но друг друга мы видели.
Высоко поднялись, уже почти до нужного места дош­ли н решили немного пере­дохнуть. Посидели, встали и тут... раздались очереди. Частые. И длинные. Стреля­ли, по-видимому, как из автоматов, так и из пулеме­тов. Не по селу, а по нам. С щелканьем пули стригли ветки деревьев. Засада!
Младший сержант Евге­ний Юрченко быстро сориен­тировался и бросился к рос­шему неподалеку кустарни­ку - позицию занимать.
Мы как-то ниже оказались, укрылись за бугорком. Под­готовили оружие и открыли огонь. А может быть, я те­перь так думаю, мы это только потому и смогли сде­лать, что бандиты, разгля­дев в руках у Жени ручной пулемет, сконцентрировали весь огонь по нему. Женя успел добежать до ближне­го куста, но не сделал ни одного выстрела...
Через час интенсивной перестрелки мы услышали из-за куста стоны. Броси­лись было туда, но попытка добраться до Юрченко, как к все предыдущие была безуспешной. Бандиты, хо­рошо простреливая дорогу, отрезали нас от Жени. Види­мо, пулемет хотели захватить.
Потом на помощь подоспел лейтенант Блюм с че­тырьмя солдатами: рядовым Андреем Тыняным. старшим сержантом Андреем Черных, рядовыми Римасом Дигути­сом и Сергеем Пахомовым. Если бы не они, туго нам пришлось -- и патроны уже кончались, и, заметно было, обходят нас бандиты.
Часа через два-три боя по­доспел замполит роты стар­ший лейтенант Панченков. Он опередил убийц -- со своими четырьмя, бойцами поднялся на ту гору ,куда намеревались, окружая нас, зайти бандиты. И, таким об­разом, оказался у них в тылу.
Улучив момент, к ране­ному Юрченко бросился Сер­гей Пахомов и, несмотря на продолжающийся со сторо­ны боевиков обстрел, вытащил из-под огня. Тут подо­спел сержант Миндегус Шидлаускас. Подхватил ране­ного повернулся, чтобы по­удобнее взять, и почувство­вал, как дернулся на плече автомат. Бандитская пуля разбила приклад, ствольную коробку и, по счастливой случайности, срикошетила в сторону.
Рядовой Римас Дигутис в это время не дремал. Из своей "снайперки" бил по вспышкам бандитских автома­тов. Вроде как из каких-то щелей вели они огонь. Но Римас видел -- огонь его СВД был действенным.
Боевики неплохо подготовились к провокации: на всех была хорошая камуф­лированная форма, да и ору­жие, из которого они стре­ляли, "говорило" как-то не "по-акээмовски", а по-дру­гому.
Скоро бандиты поняли, что цели своей им не добить­ся, и ушли. По той самой, специально для этого обору­дованной дороге....
Женя Юрченко прожил мало. Он умер у нас на ру­ках, когда мы спустились с горы. Ранение оказалось дважды смертельным. Были пробиты легкое, почка, пов­режден позвоночник. Как сказал врач, каждый его вдох был последним....
Потом мы поднялись на то место, откуда нас обстре­ливали. и поняли, что все здесь было, как надо. И ра­диостанции у боевиков были, и фортификационные сооружения -- даже фрагменты дзотов мы там обнаружили. Понятно, что "градобоек" здесь не было, хотя и для них были по всем правилам артиллерийского искусства и маскировки оборудованы огневые позиции. Поняли - дольше трех часов они тут не задерживаются: приехали, установили, к рассвету об­стреляли село и... Волки!
А тело Жени Юрченко отправили в цинке домой. В селе Нювади, где он пал смертью храбрых, мы ему обелиск поставили солдат­ский. Около памятника пав­шим в Великой Отечествен­ной. Насыпали горку кам­ней, пирамидку из фанерки соорудили. В красный цвет покрасили. И написали чер­ной краской, что, мол, здесь в бою с армянскими экстре­мистами за село Нювади по­гиб Евгений Юрченко. Под обелиском похоронили ки­тель Жени, весь пропитан­ный кровью...
Трудно было сдержать слезы, когда жители послед­него в Мегринском районе азербайджанского села (остальные, прежде богатые и многолюдные села будто вымерли), особенно женщи­ны, собравшись у обелиска плакали, причитали, Сыно­чек наш! -- раздавалось. - Герой настоящий... Его име­нем школу назовем! Памят­ник из мрамора поставим..."
Недавно я, уже прошел не один месяц со дня, когда произошел тот бой, -- снова был там, в том селе. Ниче­го там не сделали... Жители уже и забыли о пареньке, героически погибшем за их село. Обелиск зарастает сорной травой, а неподале­ку армянские боевики вовсю продолжают строительство укреплений. И никто им ни­чего не может сделать! Их "узаконили".
За свою службу побывал и в НКАО, и в Армении, и в Азербайджане. Скажу честно: ни там, ни там -- нигде не было к нам хоро­шего отношения. Как будто враги мы. Понял я, что лю­ди эти, потеряв человечес­кий облик, землю делят, а мы попросту им мешаем...
Недавно подвозил меня на машине один азербай­джанец. Как-то разговори­лись, и мой попутчик, узнав, что служил я в Мегринском районе, заметил, что насто­ящие азербайджанцы, хотя бы, как он сам, например, уже давно уехали оттуда в Баку, а оставшиеся, хоть и в своих селах, но на армян­ской территории, - не азер­байджанцы. Вот так...
Почему никто не прини­мает решительных мер к бандитам-нациоиалистам? Ко­гда образумят вконец обезу­мевших людей? За что по­гиб наш Женя Юрченко? За что я воевал полтора года на советской земле? Я ухожу домой, не найдя ответа на эти вопросы...

Монолог сержанта Юрия Березюка записал капитан А. Соколов
Вт апр 05 2016, 12:19
источник:http://artofwar.ru/s/shatxko_s_w/text_1020.shtml

Сергей В. в/ч 44060

23 февраля 1992 года в Узун-Даре, я чижик был только приехал в первых числах февраля. Толком никого не успел узнать. Вот командира помню. В пожарке Фархад был и узбек имени не помню. Ещё со мной в "учебке" и туда попал Шабашев Лёха с Пензы, он склады охранял и погиб сказали.
Вспоминать особо нечего... Мамеды, после обеда подогнали БРДМ-2 к въездным воротам, боевики проникли на территорию со всех щелей и захватили всё и всех. У нас оружия не было. Только у караула, что склады охранял. Дежурный по КПП был со штык ножом. Взяли как котят...
Да были склады 18 эшелонов снарядов и авто техника. Но нас там было человек 40 не больше. Живые не все. Командир был капитан Боца по-моему и ещё пару офицеров я больше не видел... Говорили, их расстреляли азеры и в колодец бросили... Я там был, в пожарке, рядом со штабом была...
Нас в автобус ПАЗик запихали, но 40 человек туда бы не влезли. Возили долго, как в цирке всем показывали и веселились, хотели тоже в расход кто за них воевать не будет. А потом привезли в Кировабад и в мотострелковой дивизии всех выкинули. Там я оклемался и стал служить. А остальных большинство больше не видел...
Относились наверно к мотострелковой дивизии, прикомандированные были из 366 полка со Степанакерта. Ещё рядом же стоял стройбат, в котором были одни мамеды. Вот они и помогли нас захватить...
У нас старики выводные с Германии, человек восемь, сбежали на третий день, так им яйца отрезали и в рот запихали. Сказали, местных баб хотели изнасиловать... Так местные сказали, я забирать их не ездил. Вместе с Тбилиси нас привезли. Им в Германии сказали в Союз, а попали в самую жопу. Да еще пацаны на вторую ночь всем нам новичкам без разбору звездюлей дали. Старики с Германии в отмах не пошли и их стали чмырить...
В Агдаме соли не было, из минерального источника воду выпаривали. Машину продуктовую отобрали. Прапор азер на своей шестёрке хлеб привозил. Пресная вода только по норме... Афганку даже постирать было нельзя. Жрать - одна перловка, только какой-то особо крупнозерновой сорт. Я думал с голоду сдохну... Если не вальнут...

Игорь Б. Дон-100 в/ч 3655

Нас под Азад вертолетами перебрасывали 14 января 1990 года, для поиска захваченного БТР. Его на перевале азеры захватили. БТР толпа окружила женщины и дети, они люки открыли, а наверху черти с гранатами. Задача была или вернуть БТР или уничтожить, у меня был РПГ- 7. Примерные координаты района поиска у нас были. С первого захода БТР найти не удалось. А на втором заходе мы обнаружили лагерь азербайджанских боевиков, на одном из горных плато. Разглядели и БТР, его боевики в белый цвет покрасили. Там боевиков была не одна сотня, а нас человек пятнадцать. Увидев наш борт, боевики открыли огонь из пулеметов. Были повреждения, ранили штурмана. Вынужденно сели где-то в горах. Было снега по пояс. Выдвинулись в сторону армян, они видели, где мы сели, и на встречу пригнали ГАЗ-51 4х4. Привезли в село, там мы остались примерно на сутки. Выставили секрет и ждали другой борт. Ночью мы взяли двух азеров, они заблудились на машине обкуренные, забрали их с собой, утром армяне поведали нам историю. Четырех или пятерых солдат из милицейского батальона азеры переехали на БТРе, когда они сидели в машине, вроде сначала из БТРа обстреляли, а машину переехали что да как дальше не знаю. Прикинь, чуть не успели.

Александр О. в/ч 18920 366 гв.МСП

В выводе части (366-й полк) я не участвовал, в начале февраля я, Игорь Ивоненко, С.Р., В.Л. ехали в соседнее село на 131 ЗИЛу без оружия в кузове везли мебель офицера, загружать в вертолет который летел в Ереван. По дороге азеры прорвали Армянский блокпост, обстреляли машину, водила и офицер груз 200, а нас как лохов взяли в плен. Сидели мы в каком-то селе в школе недели две. Ночью Армяне захватили это село и освободили нас. Когда нас привезли в Степанакерт, нашей части и след пропал, и мы остались у боевиков. Зашли в полк там технику бросили немеряно, взяли себе БМП-2, Урал и БТР и пригнали к боевикам. А жили мы в здании военной прокуратуры. И мы застали там еще прокурора и были в шоке от того, что нас никто не ищет. А потом начались захваты населенных пунктов, где жили азеры. Да у этих боевиков Армянских кроме нас были еще солдаты с нашей части, Г.С. с Киева, он был с нами в БМП когда мы подорвались, сидел на месте старшего стрелка (бой 12 марта 1992 года, где погиб Иваненко). Ему перебило колени и мы его на одеяле тащили километра 2 в село, а там вызвали вертушку и отправили в госпиталь в Степанакерт. Потом вернулись за грузом 200, это Иваненко и было это все ночью. А на рассвете боевики начали штурм села название Удуглы или что-то в этом роде. Нашей БМП "гаплык", голова после взрыва гудит, я готов этих азеров разорвать, подходит боевик и говорит, что на другом БМП наводчик оператор армянин в шоке после нашего подрыва, истерика и не поедет на задание, ну и предложил мне сесть в это БМП. Я, Р. и Л. с таким кайфом помчали на штурм мстить за Игоря и Генку, я не оставил ни одного дома необстрелянным. Я подбил убегающий БТР, разбомбил их пушку, говорили, у них был танк, но я его не видел. И после меня пошла пехота на зачистку. Еще у боевиков были наши солдаты Олег, фамилию не помню с Молдавии наводчик оператор "Шилки", тоже молодчага азеровский дзот разбомбил "наухналь", который не давал нам спокойно передвигаться, и был еще С.Ш., но он остался в Степанакерте на хозяйстве и снами не был на операции. Ну, а 14 марта нас посадили в грузовой самолет, летели стоя как в трамвае в Ереван, перед этим освободили от азеров Ходжалы, где был аэропорт. С Еревана самолетом в Краснодар сопровождали Игоря, потом недалеко от Анапы в с.Уташ похоронили Игоря и поехали домой в свои военкоматы.

Виктор З. 21 ОБРОН

Мы после Вильнюса довооружились, рванули в НКАО и по середину мая были там. Кубатлы, Лачин, Шуша, потом 3 батальон, заблокированный в Степане, выручили. А так по всей территории. Сутками.
Я как вспомню что Бакинский ОМОН за нашими спинами творил - мороз по коже. Один раз после зачистки вышли не там где положено, колонной, волосы дыбом! До сих пор как вчера было.. А ары что творили, когда мы у айзеров последние стволы даже у пастухов забирали! А мертвые деревни, что айзера за пару часов оставляли пустыми навсегда? Да и многое другое? Преимущества не отдавали никому. Ары орут - мы одной веры, и не стреляли в вас, а айзеры орут - мы солдат-срочников никогда не стреляли. Что мы сами себя долбили?
У меня командира убили 7 апреля. В Пасху. Застрелили после боя, закончились патроны. Своим дал уйти и местным, а убили армяне. Вот тебе и Святое в Святой праздник.
Мы в Шуше в санатории стояли. На горе. 200 метров и обрыв, вдалеке Степан. А слева - телевышка. Левее от нее выше дороги, был секрет - "Гора Бра"- полный п-ц. А в низу блок пост. Спали прямо на могилах старых. По очереди, ночью.
Витьку К. найти не могу. При обстреле " Лаванды" в Степане, прикинь, думали его ары срезали очередью, да кореш мой армейский через 20 лет душу облегчил, "Витька",- это мне, говорит, - "ищу того летеху, что Витьку К., очередью срезал, с перепугу, когда мы перебежкой уходили от первого поста, а тот с перепугу стрельнул. К., как барана, в крови вертушкой увезли. Ищу его - найти не могу. Живой нет, не знаю. С Украины был. Вроде с Днепропетровска. И летехи нет нигде.
Блин, до сих пор не отпускает! По ночам бывает ору, а по первости - убегал из дома ночью. А когда за спиной что-то падало, или на улице с глушителя машины - выстрел, падал на землю. Мать ревет, люди на улице смеются и пальцем тычут.
Вт апр 26 2016, 11:14
источник: http://artofwar.ru/editors/s/shatxko_s_w/text_1040.shtml


Наталья С. в/ч 2087 42 Гадрутский ПО

Обещанное выполняю. Заранее извиняюсь за чисто женское восприятие событий. Хотелось бы, чтобы откликнулись офицеры и прапорщики и более грамотно дополнили. Итак, это случилось 24 марта, в обеденный перерыв, когда все офицеры были на обеде, а личный состав на приеме пищи в столовой. Неожиданно выключили свет и, как следствие, отряд остался на некоторое время без связи, потому что мы зависели от дизелей, постоянного тока не было давно. На улице несвойственный шум, все за телефоны, связи нет. Подозрительные люди в не советской военной форме одежды, вооруженные по отряду. Многие сразу догадались и, с криками: "отряд в ружье!", бросились к штабу вооружаться. Чуть позже узнали, что в это время, какой-то самодельной БМП, снесли ворота на КПП и боевики бежали к штабу, на крыльце пулеметный расчет блестяще выполнил команду оперативного, открыли огонь на поражение. Геройски проявил себя взвод ВПБС, на наше счастье они все были вооружены, царствие небесное их командиру Сальникову. В этот же день была вторая волна нападения этих отморозков, но к этому были уже готовы. Затем были переговоры, всякие разговоры. Но я мало что уже помню, так как заступила на боевое дежурство на связь с 14 до 22 часов. Хорошо запомнила ,что к вечеру привели всех женщин с детьми в штаб и наш "гостеприимный" начальник связи отдал им свой кабинет. Связисты показали себя на высоте, в нелегких условиях обеспечили связь и взяли на себя охрану семей... А страна своих героев не знает.

Михаил Т. в/ч 44060 Узун-Даре

На складах у нас боеприпасов хватало. В Россию успели отправить только 7 составов. Патроны, гранаты, снаряды от 76 до 152 мм, танковые снаряды, снаряды к "градам", "смерчам", пять БМП-1, пять 110 мм градобойных орудий отобранных у бородатых. Боеприпасы они вывезли махом, мне бывший командир части рассказал. Он приехал в Агдам за вещами через неделю после захвата. Командование округа знало об этом, но даже палец о палец не ударило чтобы пацанам помочь, тварьё в погонах!
Моему призыву свезло, успели уволиться. А пацаны, что в плен попали? Я друга своего столько лет ищу, даже в "Жди меня" писал.
Я ещё служил, у нас двух парней подстрелили. Одному пуля рикошетом от броника продырявила руку и перебила сухожилие. Он потерял 50% подвижности кисти. Его долго кололи на самострел, пока мы кипиш не подняли. Определили как несчастный случай, дали отпуска 10 суток и обратно дослуживать. Второму выстрелом вынесло все кости коленного сустава, его тоже обвинили в самостреле. Парень остался полным инвалидом, без пенсии, как получивший боевое ранение.
Часть восстановили под Екатеринбургом. Все документы по Узун-Даре были сожжены "бородатыми". В округе это дело замяли. Один хрен не дали бы ход этому делу, да и Союз уже в бозе почил. Да, командир остался жив, мой командир (на тот момент был уже переведён) встретил его под Тбилиси, но о захвате он распространяться не стал. Я думаю, поработал над ним особый отдел.


Ильдар Ю. в/ч 18920 366 гв. МСП

Ковалев и Бурханов 23 февраля стояли в наряде на КПП. Погибли оба. Возле медсанчасти стояли гробы, которые не могли вывезти две недели. Бурханов, он по-моему был со 2 батальона, и он был из Калмыкии. Их было два брата. Ваня служил у нас, а Федя погиб. Я смотрел видео в группе, когда по нас полили грады БМ- 21 23 февраля 1992 с Шуши. Как раз я помню, было построение на 23 февраля в связи с днем Советской армии и со стороны Шуши начали палить из града. И весь плац был просто перевёрнут и одному молодому лейтенанту оторвало ступню и он бежал, а за ним река крови пока он не упал без сознания.
Я узнал на видео наш плац и нашу столовую, и ещё казарму, где находилась разведрота.
В Гянджу мы везли двух азербайджанских женщин из прокуратуры Степана и там нас взяли в заложники примерно на неделю. Наш полк потом вывели вертолётами в Грузию в Вазиан. Я пытался через Москву сделать себе какие-нибудь льготы как участнику боевых действий в НКАО, а мне сказали, что такой части там не было и хрен тебе. Вот видишь, как про нас просто забыли, и наши ребята погибли просто так.

Виталий Ф. в/ч 3646

По нам в Нахичевани лупили просто болванками, с "градобойных" азеры стреляли.
27 мая 1990 была предпринята попытка захвата нашей части в Ереване. На железнодорожном вокзале напали на наш караул. У нас минус два, у них 76. Терещенко не довезли до госпиталя - ранение в подключичную артерию. Тогда на полк осуществили нападение подготовленные из Бейрута. Я и сам не знал, но в Хезболле есть боевое крыло Дашнак цютюн. Атака было сдвоенная - на железнодорожном вокзале и на "советошене".
Потом было в 91-м. Колонна шла из Мегри. Бородатые устроили засаду на дороге. Стреляли из РПГ- 7, водила уходил от выстрела, машина ушла в пропасть - от первого удара оторвало кузов. Машина и кузов дальше летели порознь. Ребят поломало ящиками с боеприпасами и тем, что было в кузове. Один из погибших был узбек, второй был из Таллина - мой товарищ Тальков Андрей, а третий был из Украины. В другой машине водила и офицер выжили - мы к ним днём уже прибыли из Еревана с военврачами, их после удара зажало в кабине "шишиги".
Оружие сохранили - всю ночь в горной реке наши ныряли - на электростанции сброс воды почти не осуществляли.


Игорь Б. 22 ОБРОН в/ч 3642

По 27 мая 1990, у нас погиб только Чекмарёв, троих ранило - Вовченко, Миканёв, Карпуха. Первые двое - рядовые, Карпуха - сержант. 10 000 % истины. И нападение было на Советашене целенаправленно на нас - из-за того что когда на Чекмарёва дёрнули, братва там чертей покрошила. А вот за вокзал, где Терещенко погиб - мы ни при делах, хотя честно скажу даже и не знал, что караул был с 3646, считал что какая - то другая часть. Хотя шут знает, может негры не в курсе были про нашу ОБРОН и с дуру рыпнулись. Все пацаны, которые ранены были, - Ордена Красной Звезды получили, Чекмарёв - Боевого Красного Знамени (посмертно)


Василий Ш. в/ч 35710 370-й гв. МСП

Мне пришлось хоронить только лейтенанта, который погиб в Лачинском районе родом из Луганской области, бывший город Коммунарск теперь переименован. И это было начало 1992 года. Позвонили из дальней заставки и попросили помощи, а ребята запрыгнули в танк и поспешили на помощь, на одном из склонов танк начал скользить боком уселся в выступ и стал переворачиваться, все сидели по-походному. Поступила команда в люки, двое успели спрятаться, а он нет, и танк перевернулся и подмял под себя лейтенанта. Мне довелось одевать его в морге, картина не описанная. Фамилию, к сожалению забыл. Помню было ему двадцать лет, и он только вернулся из отпуска. Из полка в то время много погибло ребят и всех не упомнишь. Когда БМП упал помню, тогда ещё командира полка сняли и отправили, с понижением в 366-й МСП в Степанакерт
Чт май 26 2016, 01:36
источник: http://www.sb.by/boevoy-prizyv/article/dnevnik-komendanta.html

Дневник коменданта

Полковник Поднесенский уцелел после трех покушений

Одним из сравнительно недавних вооруженных конфликтов, где в роли миротворцев выступали офицеры и солдаты внутренних войск, было межнациональное противостояние в Нагорном Карабахе. Осенью 1990 года там резко обострилась обстановка: в районе было объявлено особое положение, по сути, шла необъявленная война. В это время в командировку из Беларуси в Нагорно–Карабахскую автономную область был направлен полковник Поднесенский, в то время старший преподаватель Высших курсов МВД СССР. Уехал по собственной инициативе, заменив своего товарища, у которого сложилось тяжелое семейное положение. Был назначен комендантом одного из самых горячих участков Карабаха.
Сегодня «Боевой призыв» представляет фрагменты тогдашнего дневника Анатолия Поднесенского. В скупых строках этого документа спрессованы напряженные события, выпавшие на долю одного из многих офицеров внутренних войск, побывавших под огнем реальных боевых действий.

25 октября 1990 г.
В Баку прилетел рано утром. Кассы забиты до предела. Билетов до Степанакерта нет. Выручили в комендатуре внутренних войск — посадили на вертолет. До Степанакерта долетели за час с лишним.

26 октября 1990 г.

Утром получили инструктаж. Меня, как полковника, хотели оставить в штабе комендатуры. Отказался от штабной работы и загремел в самую горячую точку, комендантский участок № 4, в который входит город Шуша и 13 армянских и азербайджанских сел, враждующих между собой.

Шуша знаменита тем, что там совсем недавно был захвачен в заложники командующий внутренними войсками МВД СССР генерал–полковник Шаталин.

За два часа сделал копию карты моего участка и выехал в Шушу. Там в комендатуре даже карты нет. Как же работать?

После обеда выслушал начальника штаба и заместителя по работе с местным населением. Обстановка в районе крайне напряженная, да и погода мерзкая — холодно, сыро, сильный туман. Затем выехал для знакомства и организации взаимодействия с соседом справа — комендантом города Лачина. Познакомились. Назад вернулся поздно ночью.

1 ноября 1990 г.

Ночью поднялись по тревоге. Примерно в 23.40 был обстрел боевиками села Дашалты с двух направлений. Выехал с группой к месту происшествия. По дороге нас обстреляли. В селе жертв нет. Дорога завалена большими камнями.

2 ноября 1990 г.

Совместно с руководством Шуши (азербайджанцы) выехал на переговоры с руководителями сел Мецкаладарасы и Киров (армяне). Шушинцев в село армяне не впустили. Поехали мы с Мишей Родичевым (майор, офицер группы боевого управления комендатуры особого района). Армяне отказались вести переговоры. Все настроены очень агрессивно, а мы — буфер между ними.

3 ноября 1990 г.

Где–то под вечер боевики обстреляли КамАЗ и «Жигули». Из Степанакерта сообщили, что боевиками похищены два «уазика» с радиостанциями, два солдата–водителя разоружены. Боевики забрали у них два автомата.

7 ноября 1990 г.

Был на совещании в Степанакерте. За неделю боевики похитили три машины УАЗ и три автомата. А сегодня ночью трое в военной форме угнали еще одну автомашину.

Проверял КПП и заставы. И у офицеров, и у солдат настроение паршивое. Один старлей заявил, что хочет уйти из армии.

Вообще–то трудно сориентироваться в этой обстановке. Руководство оргкомитета (руководители Карабаха) держит азербайджанскую сторону и в компромиссы с армянами не вступает. Они все — азербайджанцы, живут в Шуше, а на работу ездят в Степанакерт под охраной моего караула.

Обстановка искусственно нагнетается властями и с одной, и с другой стороны.

8 ноября 1990 г.

В 22.10 в селе Егцаог угнали 112 коров и взяли двух заложников. Выехал с опергруппой райотдела милиции Шуши. Дорога по серпантину — вещь неприятная, никуда не свернешь. При подъезде к селу Гюйтала дорогу перегородили УАЗ и милицейские «Жигули». Машины пустые. Заехали в село, а там темнота, мечущиеся толпы жителей и милиционеров, горящие постройки и стрельба с трех сторон. Потом обстрел прекратился. Ловить в горах, да еще в темноте, бесполезно. Оставил в селе опергруппу, а сам с двумя солдатами уехал в Егцаог.

В селе толпа обступила меня, зашли в клуб, начал разбираться. Стадо угнала банда, человек одиннадцать. Вооружены автоматами и пулеметом Дегтярева. Заложников избили и отпустили.

По рации сообщили, что боевики опять обстреливают села Гюйтала и Лисогорск. Свет везде погас.

Приехал в Шушу в 4.00, передал в комендатуру особого района (КОР) шифровку, лег в одежде на кровать и вырубился до 7.00, а в 7.30 с двумя группами опять выехали в Егцаог и Ханили.

В азербайджанском Ханили угон скота из армянского села Егцаог отрицают. Кругом молодые бородатые парни во главе с бывшим учителем — военруком. В селе свадьба. Пригласили посидеть. Отказываться нельзя — уж очень за это в Карабахе обижаются. Отдал водителю автомат, взял с собой пистолет в кобуру под мышку и две гранаты. Побыл с народом около часа и, сославшись на дела, ушел. Провожал меня бывший военрук. Сказал, что если бы я отказался посидеть с ними, то взяли бы и меня, и солдат (их было только двое) в заложники. Я поблагодарил его и показал гранаты и пистолет. Он засмеялся и пожал руку. Договорились сотрудничать.

17 ноября 1990 г.

Вызвал комендант комендатуры особого района НКАО генерал Сафонов. Приказал выехать в село Киров, встретить министра внутренних дел Армении генерала Казаряна и заместителя командующего войсками генерала Пономарева и организовать охрану. Выехал, встретил. Провели совещание. Они улетели на вертолете, а я уехал на своем «уазике».

18 ноября 1990 г.

Выехал на проверку заставы в село Егцаог. По пути, возле разрушенной школы нас обстреляли. Десантировались из машины, выпустили в ответ по полмагазина да по паре гранат из подствольника. Стрельба по нам сразу же прекратилась.

19 ноября 1990 г.

В 4.30 подняли по тревоге: в селе Гюйтала идет бой. Напала банда — человек 30 — 40, вооружены автоматами, пулеметами, гранатами, одеты в военную и милицейскую форму. Со мной выехал взвод солдат и БТР. При нашем подъезде стрельба прекратилась, видно, предупредили по радиостанции. Сожжено 8 домов, ранен один милиционер. Под ногами — сотни гильз, одна неразорвавшаяся граната. Возле одного из домов нашли две бутылки с зажигательной смесью.

Оставил опергруппу, проехал дальше до следующего села, а там дым и огонь. Там тоже действовала банда в такой же форме. Сожгли 8 домов, остальные разграбили. Жители попрятались. Погибла одна женщина.

22 ноября 1990 г.

Выехали с двумя сержантами и майором Родичевым к селу Эгцаог для проведения войсковой разведки. По агентурным данным, там находится банда. Решили ночью понаблюдать. На ходу высадил группу, а сами с водителем Сашей поехали по серпантину дальше, чтобы развернуться.

Проехали метров 100 и попали в засаду. Вероятно, нас ждали. Вспыхнул прожектор. Стреляли с двух высот человек 10 — 15. Очень плотный и прицельный огонь. Чудом выскочили из машины и отползли в сторону. Это был единственный выход: на горной дороге да в темноте скорость не прибавишь, а развернуться можно только в «кармане». Стреляли боевики в основном трассирующими, поэтому я их быстро засек. Выпустил пару очередей по пулеметчику — тот замолк, потом по автоматчикам и прожектору. Прожектор погас, автоматы замолчали, но нас тоже засекли. Еле–еле успели сменить позицию. Потом выползли на дорогу и по гравию по–пластунски доползли до поворота дороги. А там пешком дошли до нашей заставы. Вызвал по радио подкрепление.

Через полтора часа со мной связался Родичев. Сказал, что задачу выполнил, отошел незамеченным, потерь нет, поблагодарил, что мы весь огонь вызвали на себя.

23 ноября 1990 г.

Рано утром снова отправились в Егцаог. Моя машина — в пропасти, 25 пулевых отверстий в машине с двух сторон. Напротив всех сидений, кроме сиденья за водителем, — пробоины.

Село блокировали, провели обыск по тем местам, где Родичев засек боевиков. Оружие у них хранилось на свиноферме в резиновых камерах из–под машин под слоем навоза и на кладбище — под могильными плитами. Оружие изъяли, машину отбуксировали, но боевики с рассветом ушли в горы.

24 ноября 1990 г.

В 12.30 приехал в Шушу. Позвонили с КПП и доложили, что ОМОН задержал подозрительный автобус. Пассажиры досмотреть машину не разрешают, требуют коменданта.

Выехал. Пассажиры (в основном женщины и дети) обступили меня, кричат, плачут, требуют отпустить.

Принял решение: автобус осмотреть в расположении комендатуры. Решение оказалось правильным. Изъяли пистолет ТТ, автомат АКМ и 60 патронов, около пяти килограммов анаши, пять ножей, толовые шашки, детонаторы, камуфляжную форму. Все крики и плач моментально прекратились. Задержали двоих подозрительных мужчин. При личном досмотре обнаружили у них два удостоверения контрразведчиков освободительной армии. Отправили все это «богатство» в Степанакерт.

25 ноября 1990 г.

Ночью ездил в Мецкаладарасы. Убили двоих молодых армян. В одном трупе 76 пулевых ранений, в другом ненамного меньше. Пропустили только меня и водителя. Оперативно–следственную группу из Степанакерта в село не пустили. Да и мне пришлось несладко. Думал, назад живым не вернусь — слишком накалены были настроения жителей. Но приказ коменданта КОР надо выполнять.

Утром выставил в селе заставу — 15 человек и БТР. Оборудовали место, выставили сигнальные мины, организовали патрули, КПП. Выставил на ночь пару секретов.

26 ноября 1990 г.

В 12.00 взорвана дорога из Степанакерта в Шушу. Воронка 6х10 м. Ночью из Агануса обстрелян Киров.

27 ноября 1990 г.

Обстреляно село Дашалты. С горы на поселок спустили газовый баллон, начиненный взрывчаткой. Оторвало угол дома.

30 ноября 1990 г.

На перекрестке дорог Шуша — Файдули подорван мост и обстрелян автобус с ОМОН. Три человека ранены. Опять была стрельба возле Мецкаладарасы. Приехал поздно ночью.

2 декабря 1990 г.

В 21.30 взорван трубопровод, поставляющий воду в Шушу. В 23.30 на село Онверст совершено нападение. При подъезде к селу увидели горящие дома. Боевики засели на окраине в разрушенной школе. Выкуривать пришлось подствольниками, КПВТ и автоматами. Стрельба прекратилась внезапно. Под покровом темноты боевики ушли в горы.

3 декабря 1990 г.

Не только у нас, но и в Степанакерте неспокойно. А ведь у меня в оперативном подчинении батальон и рота, а там войск немерено. Перед самым штабом КОР завязалась перестрелка, в кабинет прокурора НКАО бросили гранату.

4 декабря 1990 г.

Ночью около часа азербайджанское село Гюйтала подвергалось обстрелу со стороны Онверста и Егцаога из АКМ и подствольных гранатометов. К нашему прибытию стрельба прекратилась. Жертв нет.

5 декабря 1990 г.

Трижды поднимались за ночь по тревоге. Неизвестные пытались напасть на часовых, охранявших штаб.

7 декабря 1990 г.

В 23.30 совершено нападение на заставу в Гюйтале. Этого нападения мы ждали, поэтому хорошо подготовились. Днем мне позвонил начальник заставы и попросил срочно приехать. Когда я приехал, он доложил, что местные жители предложили вместе отметить национальный праздник и принесли ящик водки, а вечером пообещали и закуску. Я проверил, никакого праздника не было. Значит, что–то намечается.

Водку мы заменили водой и вечером решили–таки «отметить праздник». Я вызвал под видом смены подкрепление, усилили посты, выставили секреты, дооборудовали окопы, организовали телефонную связь с КПП, стоящим рядом, но внизу в Онверсте. Туда я вызвал еще один БТР.

Когда начало смеркаться, поужинали с водой, попели песни и — по местам в окопы. Тут и появились незваные гости.

Нападавшие были в форме милиции. Дали им хороший отпор: боевики попали под фланговый огонь БТР со стороны Онверста и под кинжальный огонь засады перед Гюйталой. Мы с Родичевым сели за КПВТ, потому что наводчики пулеметов БТР понятия не имеют, как с ними обращаться.

В прибор ночного видения прекрасно было видно нападавших, как они двигались и как падали.

Короче, нападение отбили успешно. Потерь среди моих солдат нет. В это же время был обстрелян Онверст.

Домой приехал в 5.30.

11 декабря 1990 г.

Особисты сказали, что в перестрелке в районе Гюйталы мы уничтожили шестерых боевиков. Обстановка очень напряженная, слишком много нападений и убийств. Настал, видно, и мой черед. В 16.00 с Мишей Родичевым выехали в Лачин. На повороте к Туршсу наш «уазик» пытались ЗиЛом сбить в пропасть. ЗиЛ, ударив нас, пытался уйти, но мотор заглох. Задержали водителя и пассажира. У них обоих пистолеты ТТ, а у нас с Мишей — сотрясение мозга и раны на руках и ногах. Зато у моих солдат, одетых в бронежилеты и каски, — ни царапины.

15 декабря 1990 г.

В Джамили произошла стычка между азербайджанцами и армянами. Два человека убиты, четыре ранены.

20 декабря 1990 г.

Ночью взорвано здание райкома партии, сильно пострадал актовый зал. Нашли еще одно несработавшее взрывное устройство.

22 декабря 1990 г.

На дороге Степанакерт — Шуша подорван автобус с солдатами. Взрывное устройство было небольшой мощности, поэтому потери небольшие: 1 ранен, 5 контужены.

Мой сменщик запаздывает на неделю. Вести дневник больше не буду: оказалось, очень трудно повторно переживать на бумаге то, что уже пережил наяву.

От автора

Я уехал из Карабаха 30 декабря 1990 года. Через три дня на шоссе возле села Туршсу была расстреляна машина и погибли три человека, а еще через два дня недалеко от того места, где мы с водителем ушли от боевиков, были расстреляны из засады начальник штаба соседнего комендантского участка Лачина майор Иванов, командир батальона подполковник Ларионов, их сержант–водитель и женщина — корреспондент молодежной газеты из Баку, которые ехали в Степанакерт.

Майора Иванова и корреспондентку из Баку, которая приезжала к нам в Шушу с иностранной делегацией, я хорошо знал...

Справка «БП»

Сегодня полковник запаса Анатолий Поднесенский является старшим научным сотрудником факультета внутренних войск Военной академии. В публикуемом дневнике, как видим, записаны лишь факты. Политические, эмоциональные оценки событий, личные переживания автора нашли свое отражение в повести, напечатанной в журнале МВД СССР «На боевом посту» и в газете «Во славу Родины».
Пн авг 01 2016, 02:04
Добрый ночи Братки! В/Ч5423 г. Мартуни поселок Ходжевенд
Лето 1991года, до сей поры помню ночь с 19 по21августа 1991г, братки это было в г.Баку в аэропорту. На с самолета азера ставили на "колене", азера пытались нас отправить обратно в Саратов,потронов ноль, броник, сфера и пр73, ползком по взлетке к лесопосадкам. там ЗИЛуха-130 ожидал, на борт и в Бакинский батальон милиции 5456. Потом гостиница Абшерон,(кто помнит последний этаж-ресторан и водка по 25руб) утром в Мартуни, на дороге 19 блокпост(БТРщики ДОН-100) Слава Вам ребята,дай бог Вам здоровья и долгих лет жизни.
Вт сен 27 2016, 11:43
обращение и.о. коменданта зоны ЧП
Сб окт 15 2016, 02:00
сообщение коменданта

Сб окт 15 2016, 02:06
вырезка из газеты
Модераторы: admin, Rom, Real

Быстрый ответ